Цитата:
За время общения увидел и услышал мир проституции изнутри. Понял как относятся девушки, диспетчеры и к проблемным клиентам, и к щедрым постам. Лучше бы не знал.
Я даже видел список любимых клиентов в телефоне одной из девушек: "Саша-мудак", "Лёша-чучело", "Слава-вонючка", "Тёма-жопошник" и т.д. Но... Но есть ещё один уровень общения с проститутками. Стать своим. Я туда не лез и не просился, просто жизнь так повернулась... так вот, для своих не устраивают спектаклей, не пичкают выдуманными слезливыми историями. Там видишь, как оно всё есть на самом деле. И не хотел бы видеть, да приходится. Помнишь, как там у Ремарка?
Цитата:
Скрипнула дверь. Вошла Роза, кладбищенская проститутка, по прозвищу „Железная кобыла“. Ее прозвали так за исключительную выносливость. Роза попросила чашку шоколада. Это она позволяла себе каждое воскресное утро; потом она отправлялась в Бургдорф навестить своего ребенка.
— Здорово, Роберт!
— Здорово, Роза, как поживает маленькая?
— Вот поеду, погляжу. Видишь, что я ей везу? Она развернула пакет, в котором лежала краснощекая кукла, и надавила ей на живот. „Ма-ма“ — пропищала кукла. Роза сияла.
— Великолепно, — сказал я.
— Погляди-ка. — Она положила куклу. Щелкнув, захлопнулись веки.
— Изумительно, Роза.
Она была удовлетворена и снова упаковала куклу:
— Да, ты смыслишь в этих делах, Роберт! Ты еще будешь хорошим мужем.
— Ну вот еще! — усомнился я.
Роза была очень привязана к своему ребенку. Несколько месяцев тому назад, пока девочка не умела еще ходить, она держала ее при себе, в своей комнате. Это удавалось, несмотря на Розино ремесло, потому что рядом был небольшой чулан. Когда она по вечерам приводила кавалера, то под каким-нибудь предлогом просила его немного подождать, забегала в комнату, быстро задвигала коляску с ребенком в чулан, запирала ее там и впускала гостя. Но в декабре малышку приходилось слишком часто передвигать из теплой комнаты: в неотапливаемый чулан. Она простудилась, часто плакала и какраз в то время, когда Роза принимала посетителей. Тогда ей пришлось расстаться с дочерью, как ни тяжело это было. Роза устроила ее в очень дорогой приют. Там она считалась почтенной вдовой. В противном случае ребенка, разумеется, не приняли бы.
Роза поднялась:
— Так ты придешь в пятницу?
Я кивнул.
Она поглядела на меня:
— Ты ведь знаешь, в чем дело?
— Разумеется.
Я не имел ни малейшего представления, о чем идет речь, но не хотелось спрашивать. К этому я приучил себя за тот год, что был здесь тапером. Так было удобнее. Это было так же обычно, как и мое обращение на „ты“ со всеми девицами. Иначе просто нельзя было.
— Будь здоров, Роберт.
— Будь здорова, Роза.
Чёрт побери... Понимаешь, зачастую я начинаю понимать почему Лёши и Саши мудаки и придурки. Но при этом... Вот только представь: 42-летняя профи (выглядит на 33, в анкете 36). Познакомились с ней 6 лет назад. Случайно. Секса не было - оба, и она и я, сразу же поняли, что там такая фигня не нужна, просто дружить и уважать друг друга гораздо приятнее. В бизнесе с 28 лет, после смерти мужа. Прожжённая - дальше некуда. Клиенты - сволочи и козлы разной степени. Сидим как-то с ней, бухаем. На заднем фоне что-то вещает телек. Вдруг она тычет в этот телек пальцем. Там репортаж с какого-то слёта молодых учёных или что-то в этом роде. - Во, гляди, мой постоянник. Студент, 20 лет. Физик, умница необыкновенный. Но жирный, очкастый, страшный, да ещё и заикается. Ему с бабами в этой жизни вообще ничего не светит. Ходит ко мне раз в месяц. Со стипендии. Сотенными копит. Каждый раз после секса плачет. То ли от счастья, то ли от того, что всё уже кончилось. Вот если б не я, что у него вообще в жизни было бы? Беру с него полтарифа и не гоню строго по времени... если никто в дверь не стучится. Не могу с такими по-другому... Вот это как, Шуран? ![](/images/graemlins/blush.gif) Не могу я к ним по ходочковски относиться, пока они такое делают.
|