|
|
|||||||
Тараканы. Вообще-то я тараканов не люблю. Брезгую я. И ничего с собой поделать не могу. Сколько раз я пытался уговорить себя что, любая божья тварь имеет право на существование, но все это действовало только до того момента пока я их не видел. Стоило мне заметить хотя бы одного прусака как в меня вселяется бес. Срывая тапочек с ноги я начинал гоняться за ним по всей квартире, сметая все на своем пути, и не успокаивался до тех пор пока не пришибал его и ли он, оказавшись шустрее, куда ни будь не съе@ывал. Правда и тараканов понять можно. Представьте, что вы размером с таракана и за вами гоняется громадное существо, держа в руках тапок с шестнадцатиэтажный дом от удара которым шансов выжить абсолютно нет. Тем не менее у меня тараканов в доме не было, а у Сашки их было полно. «Крестьянин» озабоченный собственной жизнью, совсем не обращал на них никакого внимания и тараканы, видя такую халяву, вконец обнаглели. Они стали бегать по кухне даже при дневном свете, что раньше с ними никогда не случалось. После женитьбы Сашкина половина попыталась дать понять тараканам кто тут хозяин. Накупив всяких дихлофосов, дезодорантов, ловушек, мелков и прочей х@йни, Светка начала войну. Она регулярно брызгала распыляла, посыпала в соответствии с инструкциями и даже колдовала как от нечистой силы, рисуя мелком по плинтусу замкнутый круг, но это не помогало. Тараканы дохли, но их места занимали более выносливые бойцы. Тогда она обратилась за советом к маме. Та дала ей какой то народный рецепт, пообещав, что через две недели тараканы исчезнут вообще. Глупая баба закупила требуемые ингредиенты и, замесив адское зелье, разложила его по углам. Есть такой рассказ про одного чудака. Пытаясь избавится от тараканов в своем доме, он приготовил смесь на запах которой сбежались не только все тараканы из его деревни, но даже и из соседних деревень. Во всей этой свалке пострадал всего один таракан, который был убит своими же сородичами за то, что пытался утащить самый большой кусок. То же самое произошло и со Светкой. Тараканы благополучно выжили, но зато сдохла Светкина морская свинка, которую она очень любила. Светка плакала. Сашка тоже очень сильно переживал, поскольку смерть свинки была на его совести. Он этой морской свинкой по утрам чистил ботинки и впопыхах забыл положить ее назад в клетку. Как потом рассказывал нам Сашка, идея использовать свинку в качестве щетки для ботинок, родилась у него совершенно случайно. Он обратил внимание на то, что большую часть свободного времени животное занимается чисткой свей шубки, п@доря ее до блеска. Сашку это очень заинтересовало и он в качестве эксперимента пару раз вытер ей пыль со шкафа. Эффект оказался поразительным. Уже через пару часов свинка блестела как новенькая. Никому не рассказывая, Сашка стал потихоньку пользоваться ею для своих нужд. Светка ничего об этом не знала, так как уходила на работу раньше мужа. Поначалу процесс чистки ботинок свинке не нравился. Она постоянно кусалась и царапалась, но со временем привыкла и стала воспринимать это как забавную игру. Гуталином Сашка ее не мазал, а вот бархоткой она оказалась отличной. Так бы и продолжалось, но однажды, опаздывая на работу, Сашка в спешке забыл положить ее на место. Оказавшись на свободе, свинка нажралась отравы и благополучно сдохла. Светка провела расследование по подозрению мужа в убийстве, но улик для обвинения не хватило. Основной вопрос «как могла свинка выбраться из закрытой клетки?» остался без ответа. Сашка так и не сознался, хотя очень переживал, поскольку это была его любимая щетка. Светка сдалась, и тараканы опять зажили счастливой жизнью, правда, честно соблюдая негласно установленные границы. Дальше кухни они не перемещались. Зато на кухне им было раздолье. Как-то Сашка попросил нас помочь передвинуть холодильник на новое место. Мы дружно приподняли его и мне стало плохо. Пол под холодильником шевелился, поскольку был усеян толстым слоем тараканов, которые тут же кинулись в рассыпную. Правда жратвы у тараканов было не так уж и много. Соседка готовила у себя в комнате, а рассчитывать что Сашка будет их подкармливать не приходилось. Но, тараканы не унывали. Много ли им надо. Одной крошкой хлеба они могли питаться целый месяц. Но вот ушла жена и в кухне исчезли даже крошки. Но и это не смутило живучих тварей. Они перешли на «жидкий» хлеб под названием пиво, портвейн и водка, который оставался в Сашкиных не допитых бутылках. Они сотнями дохли в стеклотаре не в состоянии выбраться наружу. Как они туда попадали уму не постижимо. Но ведь были еще и опрокинутые бутылки, которые приносили больший вред. Пьяные тараканы это страшное зрелище. Кухня превратилась в арену тараканьих разборок. По всюду то тут, то там вспыхивали драки межу нетрезвыми особями нередко заканчивающиеся убийством. Участились случаи изнасилования тараканих пьяными собратьями, что не улучшало породу. Поскольку, кто может родиться от пьяного урода? Только такой же урод. Поначалу вожак стаи пытался урезонить тараканов взывая к их совести, но все было тщетно. Более того, ему надавали по е@алу за лишний пи@деж и он сдался. Поразмыслив, он пришел к выводу, что в целях спасения клана надо покинуть обжитую территорию. В моей жизни это был первый случай, когда тараканы капитулировали. Они ушли ночью. Последним, как капитан покидающий тонущее судно, уходил вожак. Но ему очень хотелось взглянуть в глаза своему врагу, который заставил его, умудренного жизненным опытом таракана, сложить оружие и капитулировать. Сидя на кухонном столе он терпеливо дожидался рассвета, ожидая когда же пьяный «Крестянин», разомкнет свои веки. Но вот взошло солнце и вожак увидел что очнувшийся Сашка предпринимает отчаянную попытку сфокусировать изображение, но это у него плохо получается. Тогда вожак что бы помочь ему настроиться на резкость стал перемещаться по столу сам, ища это самое фокусное расстояние. Однако, видя, что взгляд обеих зрачков устремлен в бесконечность и настроить их в ближайшее время не представляется возможным, встал на задние лапы и погрозив Сашке сжатыми в кулаки четырьмя оставшимися, с достоинством удалился. Как рассказывал нам Сашка, он увидел в тараканьих глазах одновременно тоску и ненависть. Но поскольку к тому времени у «Крестьянина» от пьянства начались глюки, мы не очень то поверили в его историю. Тем не менее, факт остается фактом. Тараканы ушли, и Сашка остался совсем один. И неизвестно чем бы все это закончилось, если бы не его сердобольная соседка Александра Васильевна, или попросту баба Шура, которая по доброте душевной взялась подкармливая и обстирывая тезку. Дай бог здоровья и терпения таким вот бабушкам по всей Руси, бескорыстно взвалившим на свои плечи эту нелегкую ношу. Александра Васильевна по прозвищу «баба Шура». Баба Шура была таким же одиноким человеком как и Сашка. Из всех родственников у нее осталась только двоюродная сестра, проживающая в городе Таганроге. Виделись они редко. На день Рождения да на Новый год. Поначалу она тужила по поводу обмена, так как от Сашкиной бабки наслушалась не мало историй о ее беспутном внуке. Но со временем она свыклась с соседством и даже совершила благородный поступок уступив ему после женитьбы кухню. Холодильник и прочую утварь она перенесла к себе в комнату, оставив только стол. Она купила электрический чайник, электроплитку и готовила у себя в комнате стараясь без нужды не появляться на кухне. В результате Сашкина квартира из однокомнатной превратилась в двух комнатную. Баба Шура жалел и одновременно недолюбливала нашу дружную компанию. Жалела потому, что считала нас убогими и обделенными жизнью уродами. Невзлюбила же нас она за одну историю, приключившуюся с ней на Новый год. Перед самым праздником она умудрилась схватить воспаления легких и по этой причине не смогла поехать к своей сестре. Каждый Новый год мы отмечали у Сашки. Во-первых, некоторые наши друзья, обремененные семьями, жаждали свободы хоть бы один день в году. Во-вторых, водку гораздо приятней пить с друзьями, когда рядом тебе ни кто не шипит на ухо «Хватит жрать…ты уже пьяный». И в-третьих, свежий воздух и природа города Химки полностью компенсировали потерю здоровья от выпивки. Природа, свежий воздух и тогда еще чистый снег, в котором приятно было поваляться пьяным, манили нас как магнит. Соседка с нижнего этажа, ухаживающая за больной бабой Шурой, помогла ей нарядить елку, накормила, включила телевизор, поправила постель и ушла встречать Новый год к себе. К этому моменту мы - семеро мужиков успевших уже основательно нажраться, попеть песни, побить посуду и наблевать в туалете, играли в «перетягивание каната», используя в качестве оного единственную Сашкину простынь. Простыня сразу же порвалась не дав нам выявить победителя. Стало скучно. До Нового года оставался целый час. Правда в запасе у нас еще было зажигание на улице бенгальских огней. Но мы приберегали этот аттракцион на потом, после боя кремлевских курантов, извещающих, что еще один год успешно прожит и мы, несмотря ни на что, живы и здоровы. Баб на праздник мы не приглашали принципиально, потому как более полвины друзей были молодыми женатыми дураками и старались блюсти семейную верность. Компания расслабившись накатила еще по стопке и тут мы вспомнили про больную бабу Шуру лежавшую в одиночестве и незаслуженно обиженную судьбой. Горькие слезы сострадания полились из наших пьяных глаз. Где же она справедливость и есть ли она на белом свете? Мы решили проведать бедную старушку. Взяв водки и какой-то закуски, мы уже было собрались идти, но тут Сашка хитро подмигнув нам сказал, что надо сделать сюрприз. Он достал из своего шкафа старые бумажные маски на тонких резинках, хранившиеся у него с детского сада. Маски были ужасные и изображали русскую народную сказку «Волк и семеро козлят». Я думаю художник, нарисовавший их не был добрым человеком и скорей всего не любил детей. Ну, не может человек, любящий детей, создать такое убожество, вызывающее страх и слезы. Маску волка положили назад, так как он не являлся нашим любимым сказочным персонажем. Мы всегда были за слабых, поэтому все дружно разобрали маски козлят. Нацепив их, мы подкрались к комнате бабы Шуры и без стука распахнули дверь. Бабулька лежала в постели и в полудреме смотрела Новогодний Голубой огонек. Мы дружно заорали веселыми пьяными голосами: «Новый год настает, Пожелать хотим мы счастья. Время мчится вперед…» И тут мы осеклись, увидев как баба Шура дернулась и, закатив глаза, затихла. Телевизионный пульт выскользнул из ее безжизненных рук и со стуком упал на пол. И в этой зловещей тишине, прерываемой лишь веселой песней из телевизора кто-то тихо, но внятно произнес: -Пи@дец старушке. И нам пи@дец. Теперь точно посадят за убийство. Последние слова привел нас в чувство и мы рванулись откачивать бабку. О том как это делается, мы не имели ни малейшего представления. Кто-то положил ей на лоб мокрое полотенце, кто-то гладил ее по руке, кто-то советовал делать искусственное дыхание рот в рот. Правда желающих, хоть мы и были пьяны, не нашлось. Леха сказал: -Надо бы ей валокордина накапать или валидол под язык. Может у кого нитроглицерин есть? Вопрос повис в воздухе. Ничего этого у нас не было. Из всех лекарств у нас была только водка, которую мы накапав в стакан, стали пытаться влить ей в рот. Тут баба Шура, к великой нашей радости, очнулась и беззвучно заплакала. Мы грохнулись на колени и стали просить прощения. Размазывая сопли по щекам мы объясняли ей, что у нас были самые добрые намерения, что мы хорошие ребята и не хотели ее обидеть. Баба Шура молча выслушала нас, вытерла слезы и сказала чтобы мы шли вон. Мы продолжая извинятся, начали пятиться назад к выходу причем Сашка жопой задел елку, которая с грохотом упала с табуретки, разбив почти все игрушки. Игрушки эти были куплены покойным мужем бабы Шуры, аккурат перед самой войной и хранились как зеница ока. В общем, мы чуть опять ее не потеряли. Но все обошлось. Два час мы чистили комнату бабы Шуры, забыв про бенгальские огни и прочие забавы. Даже помыли ей полы старой Сашкиной рубахой и напоил несчастную чаем. К утру, немного успокоившись, она задремала. Мы усталые вернулись в нашу комнату, допили водку и завалились спать. Вот такой Новый год у нас однажды случился. После этой истории баба Шура вызвала слесаря и врезала в свою дверь замок. Потом она мне рассказывала, что чуть не отдала богу душу от страха, когда к ней в комнату неожиданно ввалилась куча пьяных козлов. И я думаю, он запросто могла помереть от разрыва сердца, если бы не боялась навсегда распрощаться со своею любимою комнатной геранью. Комнатная герань или проще говоря пеларгония. У бабы Шуры было одна страсть. Она коллекционировала комнатные цветы. Причем не все, а только один вид, который в народе называется геранью. Родом пеларгония из Южной Африки. Эти цветы завезенный к нам из страны с жарким климатом очень неприхотливы, чем снискали любовь среди нашего ленивого населения восемьдесят процентов которого уверенны, что цветы достаточно сунуть в горшок с землей и можно больше к ним не прикасаться, а они будут круглый год радовать своим цветением. И как нестранно, герань оправдывает возложенные на нее надежды, выживая в таких условиях, которые Африке даже и не снились. Неделями без полива она мужественно переносит все издевательства над собой, называемые в специальной литературе словом «цветоводство». И уж земля под ней «закаменела», а герань все живет сбросив последние листья. Живет в виде вытянутой голой палки на конце которой как корона возвышается засохшее с прошлого года соцветие. Но вот какая интересная штука. У нас существуют различные общества цветоводов в которых культивируется только эти дивные цветы. Оказывается цветы герани имеет большое количество разных оттенков от белого до темно красного. Вот это и являются главной гордостью цветоводов-коллекционеров, которые в погоне за редким цветом гоняется по помойкам и цветочным рынка. Вот таким фанатом была и баба Шура. Коллекционирование герани не очень дорого занятие и размеры пенсии позволяли ей иметь эту маленькую слабость. Помню как-то раз я приволок ей полузасохший цветок выкинутый кем-то на помойку вместе с горшком. Увидав, что у нее уже есть похожий я хотел было вернуть свою находку обратно. Баба Шура вцепилась в горшок мертвой хваткой, разжать которую можно было только гидравлическим прессом. Она стала объяснять мне, что я неправ и что это разные цветы. -Вот видишь, это просто белый цветок, а это белый с красными прожилками. Ее радости не было конца. В общем, больные люди, что с них взять. В ее коллекции было около двадцати пяти растений с разными оттенками, что по меркам коллекционеров считалось очень круто. Когда герань зацветала она приглашала фотографа. За небольшое вознаграждение он делал ей фотокарточки. Баба Шура складывала их в альбом, а потом с гордость всем показывала. Просто уссаться. Но и среди цветов бывают исключения. Это так называемая «душистая пеларгония» которая не цветет, а только пахнет. Я думаю баба Шура давно бы выкинула ее на свалку если бы она не обладала одним полезным свойством. Эта пахучее создание отпугивала моль в изобилии водившуюся в ее старом шкафу. Если листик этой герани размять пальцами, а затем положить в шкаф, то моль сразу сваливает, поскольку абсолютно не выносит этого запаха. Я лично нюхал эту герань и полностью согласен с молью. Запах отвратительный. С утра до вечера баба Шура рыхлила, поливала, удобряла, обрывала старые листья заботясь о цветах как о малых детях. Однажды я попил из ее трех литровой банки в которой она отстаивала воду для полива, так она чуть не убила меня за это. Как я уже рассказывал, всем, кто переступал порог ее комнаты, в принудительном порядке показывались фотоальбомы с подробными пояснениями. Это было для нас пыткой. Но мы мужественно терпели, вежливо кивая головой и поддакивая, в тайне надеясь пожрать на халяву. Салат от Бэйсика. И так вернемся в начало повествования к тому самому моменту, когда я зашел в Сашкин подъезд. …..Я зашел в подъезд и стал подниматься по лестнице кляня себя за то, что не позвонил хотя бы бабе Шуре. Поднявшись на площадку пятого этажа я увидели, что дверь в Сашкину квартиру открыта. Это было хорошим признаком и одновременно плохим. Хорошим в том смысле что Сашка был дома и нам не надо было искать его. Скорей всего бабы Шуры не было дома. Она никогда не оставила бы входную дверь открытой. А плохо это было потому, что фактически мы оставались без жратвы. Мы то надеялись, что нам удастся упросить соседку дать нам чего ни будь закусить, а за одно и пожевать в долг. Я открыл окно на лестничной площадке и помахав ребятам рукой, мол, поднимайтесь, не спеша зашел в квартиру. Пьяный Сашка с широко раскинутыми руками лежал поперек кровати в позе убитого красноармейца и храпел, резонируя с дребезжащим стеклом серванта. По его небу ползали мухи. Судя по тому, что звук вырывающийся из Сашкиной гортани уже не пугал их, продолжалось это не менее трех часов. Значит, с утра он уже успел где-то «причаститься» подумал я и стал пинками расталкивать спящего. -Давай вставай раз@еба, друзья приехали. Сашка не подавал признаков жизни. В течение некоторого временя я тщетно пытался его разбудить. -Давай вставай, а то водка прокиснет. Ты водку пить будешь? Сашка открыл глаза. Глядя в потолок бессмысленным взглядом он произнес: -Водку?… Водку буду… Затем повернувшись в мою сторону и увидев меня он радостно заорал: -Бэс! ЗдорОво! Ты откуда взялся, чудила с Нижнего Тагила? -Как откуда? Откуда и все. Из п@сды. Давай вставай нах@й, ребята сейчас придут. -Ребята? Ребята это хорошо. А я, «панимаешь ли», немного прикорнул. Сморило. -Да знаю я, почему тебя сморило. Баба Шура где? -К сестре укатила. -А почему дверь в ее комнату открыта? -Во б@я! Забыл закрыть. Она мне ключи оставила, что бы я ее цветы поливал. -А пожрать у тебя есть? Вопрос был явно лишним. -Откуда. А вы что ничего не привезли? Я промолчал. В это время в дверь ввалилась шумная ватага. После взаимных радостных приветствий в воздухе повис вопрос «Что будем делать?». Надо вам сказать, что я к тому времени уже был заядлым рыболовом и частенько выезжал на рыбалку. На рыбалке, волей не волей, мне пришлось научиться готовить, что бы выжить в тяжелых походных условиях и ребята об этом знали. Поэтому, в нашей компании, они повесили эту «почетную» и «ответственную» обязанность по приготовлению «жрачки» на меня. Все, как по команде, дружно повернулись в мою сторону. -Бэс, придумай что ни будь. Я психанул. -Б@ядь, чего я придумаю то? Надо было хоть немного денег оставить, алкаши проклятые. Из чего я готовить буду? Из говна? -Ладно, кончай пи@дить. Нам пох@ю. Из говна, значит из говна. Нам все едино. Давай доставай хлеб. Пора уже выпить за встречу, а там посмотрим. Мы «махнули» за приезд и я пошел искать продукты. В комнате бабы Шуры я ничего такого съестного не нашел. Была еще надежда на ее кухонный стол, но на дверце как назло висел замок. Положение становилось критическим, но тут мне в голову пришла идея. Я отодвинули стол от стены, достал отвертку и начал выкручивать шурупы из задней стенки. Сняв фанерку и порывшись в столе, я извлек на свет следующие съестные продукты. 1.Стеклянную баночку с питьевой содой. 2.Стеклянную баночку с сухой горчицей для мытья посуды. 3.Металическую банку с поваренной солью. 4.Четвертинку разведенного уксуса. 5. Полбутылки подсолнечного масла. Выложив все это на стол, я призадумался. Продуктов было не густо. А с другой стороны смотря, с чем сравнивать. В свое время в стройотряде мы втроем выпили четыре бутылки «Старки» закусывая всего двумя жареными семечками, случайно завалявшимися в кармане у одного тракториста. Что же делать? Можно было полить черный хлеб подсолнечным маслом, посолить и слегка обжарить на сковородке. Я вернулся в комнату. Компания уже гудела вовсю. -Ура, наша мама пришла пожрать принесла. -Х@й вам, а не пожрать. Где хлеб? -Бэс, мы его слопали. Прости засранцев. -Гады вы! Я вернулся назад. Искать дальше было бессмысленно. Я окинул кухню печальным взглядом неудачно забравшегося вора, но тут взор мой остановился на герани, которая из-за отсутствия достаточного места в комнате, частично размещалась на кухонном окне. Решение созрело моментально. Я оторвал листочек и пожевал его. По вкусу герань напоминала обычную траву. Это было хорошо. И только пахучая герань вызвала у меня отвращение. Мне нужна была тара. Я пошел ванную комнату. Там, я выкинул из битого эмалированного таза кучу грязных Сашкиных носок замоченных на ночь. На кухне я взял висевшие на гвоздике ножницы, на секунду закрыл глаза, представив последствия этого поступка, перекрестился и начал срезать цветы и листья. Закончив на кухне я перебрался в комнату бабы Шуры. Я обрезал все растения кроме вонючки. Потом я начал шинковать их как будто это были листья обыкновенного салата. Что я буду готовить я еще не знал. Да это было и не важно. Главное что была основа. Закончив резать, я полил все это месиво подсолнечным маслом, посолил, окропил уксусом и перемешал. Это уже можно было есть, но чего-то не хватало. Я опять пошел в комнату и вызвав «Крестьянина» спросил у него: -Саш, вспомни. Может что-то из продуктов найдется. Может где пару картофелин завалялось. -Да нет у меня ни х@я. Если только от утра чего осталось. Щас, погоди, в куртке посмотрю. В прихожей он поднял с пола свою джинсовую куртку и начал шарить по карманам. Затем, к моей великой радости, он извлек из карманов одну небольшую головку репчатого лука, откушенную дольку чеснока, неизвестной породы конфетку без фантика и огрызок вареной колбасы весь облепленный крошками табака. -Вот, все что ребята у ларька дали. Это была удача. -Давай сюда. -Да подожди ты, дай хоть колбасу на закусь. -Х@й вам, а не колбасу. На вот, конфетку. И увидев слабую Сашкину попытку возразить, сурово добавил: -И все!!! Сашка забрал конфету и пошел к ребятам. Увидав такое «обилие» закуски мужики взревели. -Ура!!! Живем!!! Обмыв колбасу под струей холодной воды и обтерев тряпкой я положил ее на стол подсушиться, а сам принялся за лук. Очистив как можно бережнее, я покрошил его в салат. Туда же отправилась и мелко порубленная долька чеснока. Потом, я стал размышлять на тему стоит ли класть колбасу или просто сожрать ее самому в качестве компенсации за моральный ущерб. Сидевший во мне повар-экспериментатор победил и я, порезав колбасу аналогично предыдущим ингредиентам, добавил ее в общую массу. Салат уже дал ярко зеленый сок. Перемешав еще раз, я попробовал и мне понравилось. Гадом буду было вкусно. Бес@есды. В завершении я добавил еще пару листочков с вонючей герани для пикантности. Салат был готов. Я окинул взглядом кухню, которая в результате моих действий напоминала испытательный полигон после ядерного взрыва, взял тазик и пошел в комнату. Скажете х@йню приготовил. Видели бы вы как уплетали эту х@ню за обе щеки пятеро голодных мужиков. Хотя, иногда, мне кажется, что если бы я тогда пожарил котлеты из говна, они были бы сожраны с таким же аппетитом. Но это еще не конец истории. Слушайте дальше. Утром, проснувшись первым, я окинул взглядом «мамаево побоище» на столе и с удовлетворением отметил, что таз, в котором я готовил салат, сиял чистотой. Очевидно его вылизывали языком, причем не одним. Я пошел в ванную и открыв кран долго держал голову под струей холодной воды. Немного оклемавшись, я вернулся в комнату и начал будить остальных. Будить пришлось долго. Народ с трудом приходил в себя, пытаясь вспомнить, что же вчера было. Последним проснулся «Крестьянин». Как сомнамбула он проследовал на кухню, что бы залить образовавшийся сушняк водой из-под крана. Я, с больной башкой, начал убирать со стола «срачь», радуясь что сегодня суббота и не надо идти на работу. В это время из кухни раздался сдавленный крик. Скорее даже не крик, а стон. Я обернулся. В дверях стоял Сашка держа в руках горшок с торчащей из него палкой, которая еще совсем недавно была красивым цветком. Он обвел нас взглядом и сдавлено произнес: -Все… мне пи@дец… Потом добавил: -Ну и какая сцука это сделала? Все молча переглянулись -Сам ты сука, - обиженно возразил я. У Сашки на глазах выступили слезы. -Бэйс, за что? Что я тебе такого плохого сделал? Бабка теперь меня убьет. -А чем ты вчера закусывал? Я вам что, закуску из воздуха должен был делать? -Погоди, погоди,- вмешался «Пыса» -Ты хочешь сказать, что мы вчера жрали герань? -Вот именно! Да еще нахваливали. -Б@я, ни х@я не помню. Помню только, что было вкусно. Ну, ты даешь, Похлебкин! Все дружно «заржали» кроме Сашки. -А что мне теперь делать? -Не «сцы» в компот Шура. «Щас чо нить» сообразим. Он полез в свою сумку и достал непочатую бутылку водки. Народ удивленно замер: -Откуда? -Откуда, откуда! Все оттуда. Если бы я вчера не «заначил» чем бы вы сейчас опохмелялись? -Вот гад! Я же говорил что одной не хватает. А вы мне «выпили, выпили». Уе@ки! -Ладно, хватит трепаться. Кто будет? Вопрос был излишним. Раскатав бутылку и закурив честная компания призадумалась. Сашку надо было выручать. Через некоторое время «Гандоша», самый «умный» из нас, произнес: -Придумал. Все внимательно следят за моей мыслью!!! Он повернулся к Сашке. - Запоминай! Ты честно ухаживал за цветами пока тебе срочно не понадобилось поехать к тетке в Клин. Причину потом сам придумаешь. Ты собрался, но тебя волновало, что же будет с цветами. Акцентируешь внимание на то, что тебя это именно волновало. Что бы цветы не засохли ты налил в ванну воды и перенес туда все горшки. Х@йли вы сидите? Давайте наполняйте ванну. Дальше. Тебе у тетки пришлось задержаться, в связи с этим цветы, не выдержав избытка влаги, сгнили. Понял? Это просто случайность. Нелепая случайность, а не диверсия. Ты меня понял? -Да понять то я понял. А чиво мы с этим будем делать? Сашка указал пальцем на единственно сохранившуюся вонючую герань, сиротливо стоящую в углу. -Чиво.. чиво.. А вот чиво! «Гандоша» взял нож и привел цветок к общему знаменателю. -Тащи до кучи. Мы стали складывать в ванную горшки. Ванная была маленькая, а горшков было много и у нас ничего не получалось. Мы стали класть их лежа друг на друга в три этажа, срезая под самый корешок стебли, которые нам мешали. Потом мы включили воду и наполнили ванну до краев. Чем закончилась эта история доподлинно ни кто не знает, а Сашка нам никогда не рассказывал как мы его не упрашивали. Но самое главное, что все остались живы и здоровы. Баба Шура погоревала, а потом стала собирать коллекцию заново. Мы активно ей в этом помогали. Нет, все-таки герань замечательное растение. Веточку отрезал. В воду поставил. Глядишь, через несколько дней белые корешки появились. Все. Можно пересаживать в землю. Постепенно все забыли об инциденте и только у меня эта история не выходила их головы. Мне было не понятно, как эта глупая «отмазка», придуманная на пьяную голову, сработал. Правда люди говорят, «чем глупее ложь, тем она правдивее». Однажды я не выдержал и задал Сашке мучивший меня вопрос. -Да не хочется вспоминать,- ответил он -Нет, ты не понял, меня интересует как она тебе поверила. -Да уж, поверила… Он засмеялся. -Какими только словами она меня не обзывала. «Ты бы», говорит, «лучше их совсем без воды оставил. Они несколько месяцев без полива могут жить». -А ты? -А я все твердил ей, что произошла трагическая случайность. Что я цветовод? Правда, через пару дней, когда она выкидывала корни из горшков, какие-то смутные сомнения в ее голову закрались и она сладко так спросила меня. «Саш, если ты говоришь, что цветы сгнили где же тогда сами цветы? Ведь должно же было что-то остаться?» -Ну и… -А я говорю: «Баба Шура, сам удивляюсь. Точно должно было что-то остаться…. но не осталось. Не знаю как так получилось.» По-моему, она мне не поверила. И он тяжело вздохнул. Вот такая история случилась однажды со мной и моими друзьями. И с тех самых пор салат этот они стали называть в мою честь «Салатом от Бэйсика». И когда кто-то из нас начинает рассказывать эту историю новым знакомым, все дружно хохочут и наперебой добавляют все новые и новые подробности. Ладно, хорош пи@дИть. Вон наши молодожены идут. Доставайте подарок! -Да погоди ты. Интересная ведь история. Салат из герани от Бэйсика. Просто ох@еть. Ты бы рассказ про это написал, вот бы народ повеселился. -Да вы ребята часом не еба@улись. Вы что, так ничего и не поняли? Стал бы я вам про всякую х@йню рассказывать. Подумаешь герань. Вы меня про что просили рассказать? Про жизнь. Вот я вам про жизнь и рассказывал. Про нашу «гребаную» жизни, которая, порой, напоминает салат. Так и представляешь себе большую кастрюлю под названием «Жизнь» где мы лежим прижавшись друг к другу нарезанными для салата ингредиентами и хозяйка «Судьба» перемешивает нас большой ложкой под названием «Случай». И порой так все замешается, что и не разберешься, что делать и как дальше жить. А потом глядь, вроде отпустило, и опять жизнь кажется прекрасной и удивительной. А вы, герань… Два года назад «Крестьянин» помер. Сердце не выдержало постоянных пьянок. Баба Шура была на похоронах какая-то особенно строгая, ни одной слезинки не проронила. Мы плакали, а она нет. Все читала за упокой и постоянно поправляла бумажку с молитвой у него на лбу. Пережила она его всего на три месяца. Вот такие дела. Да ладно вам! Не грустите! Жизнь продолжается! Пока живется надо жить!!! Наливай!!! (с) Basik rusextalk.ru 2005 г. ------------------ Не говорите мне, что мне нужно делать, и я не буду говорить, куда вам нужно идти… |